Медведев: ядерный апокалипсис — реальная возможность; СНВ‑III истёк

Зампред Совбеза Дмитрий Медведев предупредил о реальной возможности ядерного апокалипсиса и призвал быть к этому готовыми. 5 февраля 2026 года истёк договор СНВ‑III — США не продлили соглашение, и теперь стороны обсуждают судьбу ограничений ядерных арсеналов.

Заявление Дмитрия Медведева

Заместитель председателя Совета безопасности Дмитрий Медведев заявил, что ядерный апокалипсис «реально возможен», и назвал тех, кто не осознаёт этого риска, «фантазёрами или дурачками». Он подчеркнул, что не хотел бы такого развития событий, но исключать его нельзя и к нему нужно быть готовым.

По словам Медведева, именно для сдерживания такой угрозы у России существует ядерная триада. Он также отметил, что обсуждать, кто первым применит ядерное оружие, бессмысленно, поскольку «узел противоречий сейчас очень тугой, включая и ситуацию на Ближнем Востоке».

Истечение договора СНВ‑III и позиция США

5 февраля 2026 года истёк срок действия Договора о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ‑III) — последнего соглашения, ограничивающего ядерные арсеналы России и США. Администрация США не стала продлевать договор, указав на необходимость отказа от «неприемлемых односторонних ограничений» и оставив за собой возможность модернизации и развёртывания дополнительного вооружения.

Ранее в 2025 году руководство США приняло решение о возобновлении ядерных испытаний, что стало первой такой инициативой более чем за 30 лет.

Возможности для переговоров

Российская сторона заявляет о готовности к диалогу, но на новых условиях: переговоры возможны только при участии других ядерных держав и при условии взаимного соблюдения ограничений. В МИД и администрации президента подчеркивают, что Россия может придерживаться прежних договорённостей, если к этому готовы и США, и что для продолжения переговоров необходимы конструктивные ответы со стороны Вашингтона.

По сообщениям, в течение короткого срока после истечения договора обсуждалась возможность временного соблюдения его положений обеими сторонами, чтобы выиграть время для определения дальнейшей судьбы соглашения.