Топливный кризис и удары по НПЗ обрушили деловую активность в России

Индикатор бизнес‑климата (ИБК) Центробанка, составляемый по результатам опроса примерно 12,3 тыс. предприятий, в июне упал до −3,6 пункта после 0,9 в мае. Ноль традиционно отделяет рост от спада, поэтому текущее значение указывает на сокращение деловой активности.

Хуже стало как в оценках текущей ситуации, так и в ожидаемых перспективах у компаний всех размеров и в большинстве отраслей. Значения ИБК и его компонент в июне были худшими с апреля 2022 года.

Ожидания роста цен, которые вела вниз в последние месяцы тенденция к замедлению, в июне резко выросли — ожидаемый годовой темп инфляции увеличился с 4,3% до 5,8%. В первую очередь на это повлиял дефицит топлива и связанные с ним перебои.

Атаки на нефтеперерабатывающие заводы привели к сокращению выпуска нефтепродуктов примерно на 13,5% в мае. Образовавшийся топливный дефицит ударил по добывающему сектору, логистике, сельскому хозяйству, торговле и ряду других отраслей. Основной вклад в падение деловой активности внесли сферы услуг, торговли, добычи полезных ископаемых и транспорта.

Даже без учёта недавних событий экономика заметно замедлила рост: по оценке Минэкономразвития, в январе‑мае прирост составил около 0,2% в годовом выражении, промышленное производство за пять месяцев прибавило 0,4%.

При этом основной положительный вклад даёт военный‑промышленный комплекс и отрасли, связанные с госзаказом и импортозамещением; в гражданском секторе выпуск сокращается с середины 2024 года, отмечают аналитики.

Чтобы поддержать рост в ВПК, власти перераспределяют ресурсы в его пользу, что сдерживает развитие остальных секторов. При этом и оборонная промышленность близка к предельным мощностям, и дополнительная государственная поддержка всё чаще приводит к ускорению инфляции, а не к значительному росту выпуска.

Международные исследователи, оценивая ситуацию, фиксируют признаки структурного истощения экономики: дефицит рабочих рук, технологий и производственных мощностей. В докладах указывается, что дефицит ресурсов, а не только бюджетный разрыв, становится ключевой проблемой, и новые бюджетные вливания всё чаще порождают инфляцию, а не рост производства.

Центробанк сохраняет высокую ключевую ставку, хотя ранее указывал на риск «переохлаждения» экономики. Теперь деловая активность уже в минусе, а инфляция ускоряется: с начала года она составила порядка 4,6%. Аналитики пересмотрели прогнозы инфляции вверх — консенсус вырос примерно до 6,2% на этот год — и опережающие индикаторы усиливают вероятность рецессии в ближайшие двенадцать месяцев с возможным затяжным характером.